Грани света>Платонова Татьяна Юрьевна>День Новый

Книга 1-3 Уже дома, сидя на диване и тупо уставившись в телевизор

Уже дома, сидя на диване и тупо уставившись в телевизор, Николай Сергеевич стал обдумывать услышанное. Никто ему не мешал. Несколько месяцев он жил один, и это ему нравилось. С женой недавно развёлся: совершенно перестали понимать ДРУГ друга и жили каждый своей жизнью. А вот по дочке он скучал. Ей было четырнадцать. Вся в него, но осталась с матерью. Да и что бы он мог дать ей, если домой раньше десяти не приходил? Хорошо ещё, что зарабатывал неплохо и сразу купил себе квартиру, никого не мучая обменами и разъездами.
  За всей этой утренней историей стояла неуловимая и трудноопределимая правда. Он был именно таким, как ему рассказали, но что ему с этим делать? Какой смысл в том, что он узнал о себе? Разве жизнь его изменится?
  "Должна измениться", — нашёптывал внутренний голос. Николай Сергеевич впал в состояние диалога с собой, свойственное всем людям. Люди постоянно ведут внутри себя непрекращающуюся беседу. Они настолько свыклись с ней, что перестали её замечать и не подозревают, сколько сил затрачивается на бесполезный разговор.
  Человек рассыпается на несколько личностей и от их имени задаёт вопросы, отвечает на них, спорит, доказывает, убеждает, ругается. Таким образом формируется ложное пространство с ложными личностями, которые в дальнейшем будут требовать постоянного внимания. И попробуйте вы забыть о каком-то персонаже: он обязательно всплывет, напоминая о себе в деле, с ним совершенно не связанном.
  "Нужно что-то делать, — подначивал Николая Сергеевича внутренний собеседник. — Поищи людей, близких по духу, поговори с ними. Может быть, подскажут". — "Я что, среди всех приходящих ко мне чудиков их искать должен? Да там ни одного приличного человека нет. Все с завихрениями: или с так называемым пограничным состоянием пси­хики, или жаднючие, лишь о заработке думающие. Они себя со стороны не видят, оценить адекватность свою не могут, а приходят объявления о школах и курсах давать. Я что, к ним идти должен? Не хочу к ним". — "Ищи других". — "Нет других". "Есть. Они тихо сидят, помалкивают, рекламы не дают". — "Так я к чёрным магам попаду, а потом буду выход искать, да кто поможет-то?" — "Туда не хочу, этих боюсь. Чего ты хочешь, определи лучше!" — "И правда, чего же я хочу?" — подумал Николай Сергеевич и стал развивать эту тему.
  Светская жизнь как таковая его не интересовала. Его приглашали на приёмы, на конференции, встречи, но ходил он туда по долгу службы. Они казались ему пустым времяпровождением. А вот работу свою он любил и отдавал ей массу времени. По сути, это и была его единственная жизнь, потому что личная с семейными заботами давно кончилась.
  Женщинами он особенно не увлекался: так, постольку-поскольку. Заводить новую семью тоже не собирался — только в том случае, если полюбит кого-то, но Около него таких не было. Мысли же крутились вокруг работы. Получалось, что он по-настоящему и не жил, а просто проживал отведённый ему срок жизни, вникая в чужие, не ин­тересующие его проблемы. Зачем?
  "А что ещё делать? — сам себя тут же оправдывал он. — Другим и того хуже, а у меня всё вроде бы полноценно: работа, деньги, нормальная человеческая усталость. Да и делаю я то, что хочу, ну, может быть, не хочу, но мне это нравится".
  "Вот именно, — не сдавался внутренний оппонент. — Живёшь, но как-то серо, без изюминки. Делаешь всё по привычке, по инерции, а нужно бы с энтузиазмом, с огоньком".
  "Да, этого нет", — согласился Николай. Он постарался залезть поглубже внутрь своего "я", но что-то ему мешало, сопротивлялось, не пропускало. Пытался поймать мысль, но она ускользала. Стало даже в сон клонить. "Интересно, — вдруг встрепенулся он, — что это за явление такое? Что происходит?"
  А происходило следующее. Человек, начинающий задумываться о внутренней природе своей, сталкивается с огромным количеством личностей, порождённых его недостатками. Каждая ложная личность является носителем определённого негативного качества, и как только вы затрагиваете её интересы, то есть сферу её внутреннего влияния, она тут же даёт о себе знать. Если вы начнёте наступление, она ринется в контратаку, присутствуя буквально во всех ваших мыслях и поступках. Но пока вы её не трогаете, она мирно уживается с вашим истинным "я", изредка подавая голос — так, для острастки, чтобы не забывались.
  По сути дела, человек не властен над собой. Его внутренним миром овладели ложные личности, поделив на зоны контроля и черпая энергию из жизненных реакций. Они ставят человека в такие ситуации, чтобы он проявлял раздражение, солгал, опоздал, забыл, украл, обидел, позавидовал, а потом питаются той энергией, которой он наполнил себя. Ещё они затевают с ним разговор, в котором обвиняют обиженного, униженного, в общем, того, кого вы подвели, но оправдывают вас, ссылаясь на несносный характер, гордыню, злость и массу других отрицательных качеств, свойственных вашему товарищу. Благодаря ложным советчикам человек ясно видит недостатки других и совершенно не замечает своих.
  Кому же от этого плохо? Конечно же вашему истинному "я", забитому, не имеющему права голоса, истощённому, поскольку ни в одной из ситуаций ему не позволяют проявить себя. Оно просто не успевает, потому что сытые Проворные ложные личности своими тучными телами затмевают истину.
  Чтобы вы не узнали об их существовании, они отводят вас от анализа собственных поступков, от ясных мыслей, не дают разобраться в сложившейся ситуации. Конечно, приходит время, когда человек спохватывается, с удивлением говоря: "Что это на меня нашло? Почему я так поступил?" Но уже бывает поздно. Это происки тёмных сил, затаившихся внутри вас. И вовсе не вовне они, а в глубине вашего "я", прячутся от вас же.
  Именно с такими ложными личностями и столкнулся сейчас Николай Сергеевич. Они почувствовали угрозу: вдруг он обнаружит их. станет выяснять цели своей жизни, пути их достижения? Всё это приведёт к тому, что он может объявить войну своим ложным личностям а кому воевать хочется, когда можно жить сытно, мирно, уютно?
  На этот раз они его усыпили. Было поздно, Николай Сергеевич устал. Так ни до чего не додумавшись, он впал в такой крепкий сон, что утром чуть не проспал на работу.

Но новые мысли не давали ему покоя. Не то чтобы он думал о чём-то постоянно, но нет-нет да и вспомнится. Николай Сергеевич привык, что всё у него получается. Если он за что-то брался, то доводил дело до конца, но не упрямо продвигаясь к цели, а достаточно гибко, проявляя упорство. Возможно, что цель оказывалась неудачно поставлен­ной, тогда он по ходу движения менял её - стараясь извлечь пользу из сложившейся ситуации.

Это качество помогало ему и сейчас. То, что ускользало, стало целью, которой он захотел добиться, поэтому по вечерам он уже не включал телевизор, отвлекаясь от забот, а затевал с собой неторопливый разговор. Через недельку он понял, что ведёт внутренний диалог и у него не один, а несколько собеседников. Каждый из них доказывал, что именно он прав, и применял какой-то хитрый отвлекающий приём, если Николай ставил прямой вопрос, не допускающий косвенных ответов.
  Уяснив это, Николай Сергеевич стал продумывать вопросы к самому себе, формулируя их очень точно. И что же? Результат был удивительный: голоса замолкали, не желая отвечать. Но зато стало случаться другое: он начал попадать в тупиковые ситуации. Хочет помочь — не получается, но забыть, опоздать это сколько хотите. Николай понял, что его незримые собеседники объявляют ему войну, заставляя подчиняться им другим способом. То они хозяйничали в его мыслях, не позволяя добраться до истинных мотивов поведения и уводя от целей, теперь они полезли в его жизнь, нарушая весь сложившийся привычный уклад.
  Николай никогда не задумывался о том, что он лжёт. Ложь была нормой жизни, спасительной во многих случаях. Теперь она стала мучить его. Он хотел говорить правду, но часто не мог, ибо этим подводил других людей. Мучительно отыскивая правильную линию поведения, он пришёл к выводу, что проблемы в нём самом. Он пытался быть хорошим для других, он хотел сделать так, чтобы им было удобно, а это было в корне неправильно.
  Человек не знает, как сделать лучше другому, потому что у другого свои представления о жизни. Следует делать так, чтобы ваш поступок не вызывал чувства дисгармонии, не мучил вас, не возвращал постоянно мыслями к случившемуся. "Было да прошло, — скажите себе. — Если я был неправ, то в следующий раз поступлю по-другому. Жизнь подскажет.
  Николай не мог всегда говорить правду, но теперь если и лгал, то отслеживал это и уяснял для себя, почему он попал в такое положение. Во всяком случае, он становился хозяином над своим словом, которое раньше вылетало незамеченным.
  Он начал опаздывать. Эта ситуация была производной от тех слов, которые он произносил. Теперь, давая обещания, он серьёзнейшим образом относился к ним, а через некоторое время понял, что нельзя никому ничего обещать. Сказал "да" — сделай, сказал "нет"; "не могу" — не делай и не мучайся. Он не уходил от ответственности, наоборот, она только-только начинала рождаться в нём.
  Если раньше он не лгал и не опаздывал, он не обращал на это внимания. Это было само собой разумеющимся и вызывало чувство довольства собой. Теперь всё было по-другому. Случалось, что он лгал и опаздывал, но ситуация была ему подконтрольна: он знал причину, почему это произошло. Он устранял причину — и всё становилось на место.
  Николай никогда никому не завидовал. Смешно даже было об этом подумать. Задав себе вопрос, умеет ли он завидовать, он чётко ответил "нет». Тогда откуда было глухое раздражение, если конкурирующая газета увеличивала тираж? Если она начинала пользоваться большей популярностью? Что за чувство его тревожило и мешало находиться в равновесии? И Николай признался себе, что это была зависть, принимающая форму делового соперничества. Он оправдывался желанием приносить людям пользу, просвещать их, открывать глаза на многие непонятные явления, в общем, тем, что другие газеты не делали, а он делал, но их понимали, а его благие намерения — нет. Но потом он честно сказал, что завидует чужому успеху, чего делать безусловно не стоило, но как с этим бороться — не знал.
  Постоянно анализируя эту ситуацию в поисках выхода из неё, Николай вновь увидел, что хочет быть хорошим в чужих глазах. Его заботило мнение о нём других людей, его имидж, престиж. "Да какое мне дело, как я выгляжу да что они обо мне думают? В конце концов, делаю, что могу. По-моему, важны не глаза людей, а взгляд Бога на твои по­ступки. От этой мысли ему стало легче. "Всё верно. Раз мне внутри спокойно, значит, нужно придерживаться этой линий поведения".


грани света