Грани света>Антарова Конкордия Евгеньевна>Две жизни

Часть 3, том 2. Глава 20.2 Первая неудача во встрече с жителями из оазиса Дартана

Я был очень рад пройти в ближайший домик. Мы оставили Славе записку на столе, прося его зайти за мною в соседний дом. Когда мы подходили к дому, в который меня вели сестры, то уже за несколько шагов был слышен шумный разговор, похожий скорее на спор, чем на обычный мирный разговор. Комната, куда мы вошли, больше походила на гостиную восточного стиля, чем на обычную приемную комнату, какую я рассчитывал увидеть в Общине. По стенам стояли широчайшие диваны и висели ковры, в середине комнаты были расставлены маленькие круглые столы с низкими креслами, и все это было занято людьми, громко смеявшимися, которые, разбившись на группу, интересовались только своими ближайшими соседями, не обращая внимания на всех остальных.
  - Бог мой! Наши ученые затворницы! - вставая с места и подходя к нам, сказала седая элегантная женщина, прекрасно одетая по моде оазиса Дартана. - Какой же это рыцарь нашелся на земле, сумевший вытащить из башни заколдованных принцесс? - женщина смеялась, обнимая сестер и хитро поглядывая на меня.
  - Этот рыцарь - спутник Учителя И., - ответил Роланда.
  Как только она произнесла эти слова, в комнате воцарилась гробовая тишина. Точно по мановению волшебной палочки речь каждого оборвалась на полуслове, фигуры застыли, точно в живой театральной картине.
  - Позвольте познакомить Вас, сестра Леокадия, это секретарь Учителя И. брат Левушка, как называет его Учитель в своем письме, - нарушила гробовое молчание комнаты Роланда.
  Сестра Леокадия оказалась хозяйкой дома. Она любезно приветствовала меня, но за ее внешней любезностью я почувствовал острое беспокойство. Не менее резко ощутил я и токи окружавших теперь нас кольцом людей, лица которых были растеряны. Все веселье точно ветром смело, в комнате повисло какое-то печальное уныние.
  - Деметро, сынок, где ты?- обернувшись к дверям соседней комнаты, довольно громко позвала Леокадия.
  Много пар глаз пристально рассматривали меня. Я уже начинал было чувствовать смущение, как в дверях комнаты появилась рослая фигура красавца-мужчины. Это был в полном смысле слова безукоризненный красавец. Черные как смоль волосы, черные глаза и прямые сросшиеся брови, алые губы, безукоризненной правильности черты. На плечах его был красиво задрапированный ярко-красный плащ, такого яркого цвета и блеска, что казался огненным. Красавец подошел к нашей группе, очень вежливо поздоровался с сестрами и с нескрываемым сарказмом посмотрел на меня. В его взгляде что-то слегка напомнило мне Браццано, хотя злой, животной злобы глаз Браццано в этих черных глазах не было. Я читал в них презрение ко всему, что не соответствовало его личным удовольствиям и шло вразрез с его вкусами и мнениями.
  - Ты, мать, так поражена необычным визитом сестер-ученых, что даже забыла познакомить меня с их кавалером, - улыбаясь, но холодно и надменно сказал он матери.
  - Это секретарь Учителя И., Деметро, - очень тихо сказала Леокадия. - Позвольте Вас познакомить с моим сыном, - обратилась она ко мне. И снова за внешней ласковой любезностью я ощутил ее беспокойство. - Мой сын художник. Здесь он не участвует в общих работах, но в его мастерской уже много прекрасных картин.
  Я понимал, что женщина говорит первые приходящие на ум слова, чтобы оттянуть время и найти самообладание. Деметро же, услыхав слова матери, рассмеялся довольно деланным смехом и, здороваясь со мной, старался быть развязным.
  - Узнаю Учителя И.! Всегда выберет себе спутников самого неожиданно разнообразного вида и характера, что мне, художнику, исключительно интересно. Скажите, пожалуйста, на этот раз все его сопровождающие так же молоды, как Вы?
  Он дерзко рассматривал меня, бесцеремонно отодвинул какого-то человека, несколько закрывавшего от него мою фигуру, и, рисуясь своей красотой, поправлял красивой рукой свой огненный плащ. Я не успел ему ничего ответить, как услышал голос Рунки:
  - Мы привели сюда посла Учителя И. не для того, чтобы Вы красовались перед ним в своих театральных позах, Деметро. Он их много, вероятно, видел, пока жил в мире. Но для того, чтобы в доме Вашей матери он мог увидеть все лучшее, что здесь живет из нашего оазиса. С ужасом я вижу, что десять лет Вашей жизни здесь оставили Вас все таким же.
  Голос Рунки, взволнованный, глубокий, прервала Роланда:
  - Деметро, гость в доме - первый человек, которому отдают все внимание. Таков завет дедушки Дартана. Гость же - посол Учителя - священный человек для каждого обитателя Общины. Почему Вы хотите казаться хуже того, что Вы есть на самом деле?
  Деметро резко повернулся к Роланде, лицо его вспыхнуло, сравнявшись в краске с плащом, он готов был уже дать грубый ответ моей благородной защитнице. В моем уме пронеслась картина встречи со старцем Старандой. Я вспомнил, как билось негодованием и обидой мое сердце, когда я переживал мнимое унижение Учителя. Я почувствовал себя рядом с моим дорогим наставником, по всему моему организму пробежал ток знакомого мне содрогания
  - я стал совершенно спокоен и ласково сказал хозяйке дома:
  - Я очень виноват перед Вами, что пришел неожиданно и помешал Вашим друзьям продолжать их интересные беседы. Я должен был сначала узнать, желаете ли Вы и Ваш сын видеть меня у себя, такого скромного слугу Учителя.
  - Ах, что Вы! Мы чрезвычайно рады Вам. Мы много лет не имели никаких известий от Учителя И. Но нам не так давно говорили, что он путешествует где-то в России, поэтому Ваш приход так поразил нас неожиданностью. Мы не смогли даже сразу прийти в себя. Прошу Вас, садитесь. Расскажите, пожалуйста, как Вы ехали? Не заезжали ли Вы в оазис к нашему близкому родственнику Рассулу Дартану? Где и когда Вы расстались с Учителем?
  Леокадия сменяла вопрос вопросом, усаживая меня и сестер возле одного из столов так, чтобы сын не мог подойти ко мне. Очевидно, она опасалась новой вспышки в нем и не особенно рассчитывала на мою воспитанность.
  - Не знаю, с чего начать свои ответы. Если начать с самого последнего Вашего вопроса, то должен сказать, что я расстался с Учителем И. не более часа назад.
  Целый рой возгласов: "То есть как?" "Что Вы хотите этим сказать?" "Каким образом?" "Это невероятно!" - и тому подобных ахов и охов раздался по всей комнате. Все эти возгласы покрыл мощный голос Деметро:
  - Уж не желаете ли Вы сказать, что сам Учитель И. здесь?
  Я посмотрел вокруг и увидел на лицах гостей, таких беспечных и веселых несколько минут назад, невыразимый страх. Я никак не мог взять в толк эту панику, так как за долгое время жизни подле И. привык видеть расцветающими людские лица при упоминании имени моего дорогого друга и Учителя.
  - Да, Учитель И. здесь.
  Точно вопль пронеслись новые возгласы по комнате: "Да как же!" "Разве уже прошел срок?" "Что же нам теперь делать?" - и под эти возгласы комната опустела, в ней остались только мы и хозяева. Теперь вновь в комнате воцарилась мертвая тишина, которую подчеркивало тяжелое дыхание Деметро. Он стоял все так же у стола, опустив голову, совсем бледный и мрачный, похожий в своем огненном плаще на падшего ангела.
  Первой нарушила это тягостное и непонятное для меня молчание Леокадия.
  - Не удивляйтесь, что Ваше появление произвело такое сильное впечатление на всех. Все мы, видите ли, приехали сюда по указанию Учителя И., тем или иным путем доставленные. У каждого из нас есть те или иные обязательства перед ним. Но мы здесь так весело и беззаботно жили, что совсем забыли о неприятной стороне взятых на себя обязательств. Мы:
  - Брось разговоры, мать. Возможно, что приезд Учителя И. вовсе не относится к нам. Мало ли какие у него могут быть дела в Общине? Мы, видите ли, господин секретарь, живем здесь на средства дедушки Дартана, а не на средства Общины. У нас здесь своя часть в парке, где, кроме выехавших из оазиса, никто не живет. Я не отрицаю, что и я, как и все, взял на себя некоторые обязательства, но я, как и все, совершенно независим. У Вас есть какие-либо поручения лично к нам от Учителя И.?
  - Нет, Учитель только приказал мне выполнить поручение Дартана: передать письма и посылки из оазиса.
  Лица матери и сына просветлели, оба вздохнули облегченно.
  - Ах, вот как! Ну, мы здесь ни в чем не нуждаемся. Дедушка Дартан мог бы о нас и не беспокоиться. Впрочем, мы, конечно, рады будем видеть Вас и получить свои подарки, - переходя снова на надменный тон и, подымая высоко свою красивую голову, сказал мне Деметро.
  Я посмотрел на сестер и постарался всеми силами влить мир в их сердца, негодование которых сказывалось на их возбужденных и расстроенных лицах. Раздался легкий стук, и я увидел в дверях фигуру Славы
  - Вам что? Вы ко мне? Я сейчас занят, придите потом.
  Тон Деметро был невыносимо высокомерен.
  - Нет, это за мной, - поспешно вставая, сказал я, огорченный неприязненным тоном, который пришлось вынести моему любезному проводнику из-за меня.
  - Куда же Вы так спешите? Останьтесь, пожалуйста, поужинать, - просила меня сестра Леокадия.
  - Да, да, - поддержал ее сын. - Ведь Вы были невольной причиной, что мы с матерью остались в одиночестве. Как видите, все друзья разбежались. Теперь Ваша прямая обязанность развлечь нас.
  - Простите, я лишь скромный келейник своего господина и могу только выполнять очень точно его приказания, но не больше. Я должен немедленно возвратиться домой. Я могу понадобиться Учителю И.
  Мать и сын очень настойчиво протестовали, уверяя, что ужин на столе, что у них в Общине не в обычае уходить от накрытого стола, что это считается даже невежливым. Но я еще раз ответил, что не могу превысить данных мне полномочий. С большим трудом, употребив всю свою настойчивость, я вырвался из дома чрезмерно гостеприимных хозяев.


грани света